В судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда РТ

От защитника Сафина Рустема

адвоката Валиуллина Рустема

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на постановление Вахитовского городского суда

18 июня 2008 года следователь Шакуров Рустем Равилевич попытался допросить адвоката подозреваемого с единственной целью не допустить к участию в деле, заявить ему отвод, то есть злоупотребил своими правами.

Адвокат заявил, что согласно Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Уголовно-процессуального кодекса России не обязан давать такие показания, более того, не имеет права. От допроса отказался, в «протоколе допроса» попросил, чтобы написали одну фразу: «Я буду жаловаться».

Далее адвоката попросили покинуть помещение, так как он не имеет права отныне защищать Сафина Р.А.

Шакуровым Р.Р. на крыльце здания стал разъяснять Сафину Р.А. его право найти нового адвоката, так как Валиуллин Р.Р. более не имеет права на его защиту.

Адвокат в свою очередь разъяснил Сафину, что следователь вводит его в заблуждение, и чтобы тот при первом же вызове немедленно позвонил мне, и мы придем на следственное действие вместе.

Следователь Шакуров Р.Р. угрожал Сафину Р.А. тем, что если он придет с адвокатом Валиуллиным Р.Р., то адвоката в помещение ФСБ не допустят, а если Сафин не зайдет в помещение ФСБ под предлогом того, что ему необходим именно адвокат Валиуллин, то Шакуров Р.Р. расценит это как неявку на допрос и посадит его в следственный изолятор на время предварительного расследования, как посадил каких-то девятерых мусульман, а так же предоставит ему адвоката «по назначению».

На просьбы выдать документ, на основании которого мне отказывают в доступе к защите Сафина, был отказ, несмотря на мое прямое указание о том, что этот документ мне нужен с целью обжалования.

30 июня 2008 года Судья Вахитовского районного суда г. Казани Никитин Г.Д. постановил жалобу адвоката Валиуллина Рустема Рафаэлевича о признании незаконными вышеперечисленных действия следователя Шакурова P.P. оставить без удовлетворения

Считаю данное постановление не законным, не обоснованным и не мотивированным, так как выводы суда, изложенные в постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; нарушен уголовно-процессуальный закон; неправильно применены нормы материального права; выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда; при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в постановлении не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Суд не учел мои следующие доводы, никак их не опроверг. Соласно статье 56 УПК РФ не подлежат допросу в качестве свидетелей адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого - об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

В Законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» закреплено, что адвокат не подлежит вызову и допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, связанных с адвокатской деятельностью (п. 2 ст. 8); предусмотрены и иные гарантии независимости адвоката (ст. 18), как то: «Вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются... Истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается».

Если посмотреть на протокол «моего допроса», то все вопросы сформулированы именно так, что видно об информированности Шакурова о моей защите Сафина. Вопрос сформулирова н следующим образом: «Поясните, имеет ли данный абзац отношение к исполнению Вами обязанностей защитника Сафина Р.А. по уголовному делу № 239615?»
Более того, статья на сайте в сети Интернет никак не связана с уголовным делом в отношении Сафина. Это еще один довод в пользу того, что Шакуров злоупотребил правом с целью отстранения неудобного адвоката.

Кроме того, и из допроса следователя, и из допроса заявителя жалобы Сафина, и из имеющегося в деле постановления суда вытекает, что мы втроем (Сафин, Шакуров и я) встречались как минимум три раза в суде. Кроме того, 28 мая 2008 года я и Сафин звонили Шакурову, а он звонил адвокату на мобильный телефон (что подтверждается приложенными детализациями разговоров) (отмечу, что Шакуров в судебном процессе солгал, что узнал номер моего телефона только из сайта в Интернет, так как звонил мне еще до того, как узнал о поданных против него жалобах). По словам следователя выходит, что в эти моменты мы разговаривали о чем угодно, только не о том, что Валиуллин теперь осуществляет защиту Сафина. На самом деле только об этом и был разговор. Что касается утверждений о том, что я не предъявил ордер, то любому известно, что обычно адвокат предъявляет ордер на первом следственном действии, в котором он принимает участие. С 23 мая 2008 года по настоящий момент никаких следственных действий с моим подзащитным не проводилось, несмотря на то, что он находится под подпиской о невыезде, и следователь до настоящего времени ее не отменил, хотя не имеет право подозреваемому оставлять ее более 10 дней. Более того, я уже защищал Сафина по тому судебному процессу, постановление по которому имеется в материалах дела, в котором так же принимал участие следователь Шакуров, поэтому уже стал защищать Сафина, соответственно и «вопросы» Шакурова были связаны именно с защитой Сафина. Следовательно в любом случае этот «допрос» никакой юридической силы не имеет.

Кроме того Конституционный Суд РФ от 6 июля 2000 г. № 128-О определил, что положения части второй статьи 72 УПК РСФСР и статей 15 и 16 Положения об адвокатуре РСФСР с учетом их конституционно - правового смысла, не могут препятствовать допуску к участию в уголовном деле избранного им защитника, так как исключают возможность допроса последнего в качестве свидетеля об обстоятельствах и фактах, ставших ему известными в рамках профессиональной деятельности по оказанию юридической помощи, независимо от времени и обстоятельств получения им таких сведений.

Вопросы же Шакурова были направлены именно на такие обстоятельства, как следует из вопросов, поставленных при «допросе».

Конституционный Суд РФ в определении от 6 марта 2003 г. № 108-0 истолковал сформулированный в п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ запрет допрашивать адвоката - защитника подозреваемого, обвиняемого об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, как не абсолютный. Конституционный Суд РФ указал, что суды не вправе отказывать в даче свидетельских показаний защитникам обвиняемого и подозреваемого при их согласии дать показания, а также при согласии тех, чьих прав и законных интересов непосредственно касаются конфиденциально полученные адвокатом сведения. В названном определении Конституционного Суда РФ непосредственно мотивируется право суда допрашивать адвоката по ходатайству только одной из состязающихся в уголовном процессе сторон - стороны защиты, а не обвинения.

В Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. № 71-П06 допрос адвоката был признан недопустимым доказательством. В частности, в нем отмечено, что «Согласно протоколу судебного заседания перед допросом А. было разъяснено, что он обладает свидетельским иммунитетом, ему также разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положения ст.51 Конституции Российской Федерации, он предупрежден об ответственности по ст.ст.307, 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний. Между тем в ст. 56 УПК РФ изложены не только права и обязанности свидетеля. В соответствии с пп. 2 и 3 ч. 3 ст. 56 УПК РФ адвокат А. не подлежал допрос у в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Суд, однако, это требование уголовно-процессуального закона нарушил, несмотря на то, что все обстоятельства, о которых А. был допрошен, стали ему известны в связи с оказанием им юридической помощи Измайлову Б. при допросах его в качестве подозреваемого, а затем в качестве обвиняемого. Поэтому доводы в надзорной жалобе о том, что приведенные в частном постановлении суда показания адвоката А., допрошенного в качестве свидетеля вопреки вышеуказанному запрету, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами, основаны на требованиях уголовно-процессуального закона».

То есть, из всего вышеизложенного вытекает, что допрос адвоката в любом случае не допустим, является незаконным, не имеет юридической силы, является недопустимым средством доказывания, даже если бы он и был. Отмечу, что на самом деле допроса не было.

Более того, следователь Шакуров явно обманывал. В судебном процессе Шакуров заявил (это отмечено в постановление Вахитовского районного суда города Казани от 30 июня 2008 года) что «им было принято решение допросить Валиуллина P.P. в качестве свидетеля по данным фактам, для чего он 17 июня 2008 г. позвонил Валиуллину P.P. на сотовый телефон, который был указан в осмотренном Интернет-сайте». Так же он заявил, что до этого адвокат Валиуллин ему не звонил, он сам телефона Валиуллина не знал.

Однако его слова не соответствуют действительности. Ему звонил адвокат Валиуллин, более того, Шакуров сам звонил вышеуказанному адвокату на его мобильный телефон 28 мая 2008 года, то есть задолго до спорных событий и вообще подачи какой-либо жалобы на его действия. И разговоры у нас были только о защите моего клиента Сафина. Другие темы мы не затрагивали.

Факт звонков в УФСБ, а так же на мой мобильный телефон с телефона УФСБ подтверждается приложенными детализациями счетов, где телефон дежурной части УФСБ 231 45 55, приемной УФСБ 231 45 50 (на них были звонки с домашнего телефона Сафина, так как он разыскивал Шакурова), мой телефон 8-912-856-27-87, телефон УФСБ, с которого мне звонил Шакуров, 554-26-86. Шакуров мне позвонил после того, как Сафин назвал мои данные и заявил о моем участии в его защите.

Вводящая суд в заблуждение позиция следователя Шакурова так же подтверждается следующими обстоятельствами, изложенными мною в суде как устно, так и письменно. Шакуров заявил в судебном заседании, что повторный допрос подозреваемого допускается только по просьбе подозреваемого. Когда Шакуров звонил мне, чтобы пригласить на допрос Сафина, этот вопрос я поднимал, но сказал, что уточню позже. То есть первоначально я ехать никуда не хотел. Однако позже почитал УПК РФ и выяснил, что согласно ч. 4 ст. 173 УПК РФ повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению в случае его отказа от дачи показаний на первом допросе может проводиться только по просьбе самого обвиняемого. То есть подозреваемого допрашивать можно. Шакуров УПК РФ посмотреть не удосужился. Тем более Шакуров заявил, что хочет назначит психиатрическую экспертизу, и ему надо задать соответствующие вопросы.

Далее Шакуров заявил, что он не мог предложить мне задать вопросы, касающиеся личности, так как все эти вопросы он задавал на первом допросе. Однако обман Шакурова заключается в том, что когда человек отказывается от дачи показаний по статье 51 Конституции, вопросы ему не задаются, как по обстоятельствам дела, так и по характеризующим данным. Глупо было бы задавать вопросы человеку, который прямо заявляет, что отвечать на них не будет.

Кроме того, Шакуров сказал, что вернет вещи, изъятые при обыске, а нам нужны были мобильные телефоны и компьютеры, так как даже связь с клиентом для меня была затруднена (действительно, в комнате, куда нас пригласили, вещи были разложены).

Следователь утверждает, что вызвал Валиуллина на допрос, чтобы допросит специально его. То есть получается так, что Шакуров вызвал меня на допрос, я согласился и приехал к нему за 400 километров из города Ижевска, где я п остоянно живу, специально для того, чтобы заявить, что буду жаловаться. Как будто бы у меня другой конструктивной работы нет.

Не дана оценка доводу о том, что согласно статье 50 УПК РФ подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников, но в судебном постановлении один из аргументов отказа в удовлетворении жалобы является то, что у Сафина уже есть адвокат.

Согласно постановления, в судебном заседании свидетель Сидорин И.А. пояснил, что он присутствовал в качестве понятого в кабинете следователя. Следователь Шакуров сказал Валиуллину, что тот будет допрошен в качестве свидетеля по вопросу помещения статей в Интернет-сайте, автором которого являлся Валиуллин, на что Валиуллин сказал, что будет жаловаться.

Однако несмотря на мои неоднократные просьбы разъяснить свидетелю ответственность за дачу заведомо ложных показаний суд отказался эт сделать в нарушение статей 11, 278 УПК РФ, согласно которой суд обязан разъяснять участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Права и обязанности так же разъяснены не были.

Более того, свидетель в судебном процессе был в подавленном состоянии, читал все свои показания по листку, который был у него в руках. На дополнительные вопросы он отвечал, что не помнит подробных обстоятельств. После допроса он отдал листок следователю Шакурову прямо в зале суда. На просьбу адвоката истребовать этот листок и осмотреть суд отказал, что лишило нас апеллировать к тому, что на свидетеля оказывалось давление со стороны сотрудников УФСБ.Вышеуказанное могут подтвердить свидетели, присутствовавшие на судебном заседании:

· Абрарова Альфия;

· Валиуллина Назия;

· Хамидуллина Саима;

· Садыкова Гаухария;

· Ибатуллина Фахима.

Не опровергнуты так же мои доводы о злоупотреблении правом следователя Шакурова, то есть о допросе адвоката только с целью отстранить его от дела в связи с активной защитой им прав. Ведь право выбирать защитника провозглашается в международно-правовых актах - Международном пакте о гражданских и политических правах (подпункт "d" пункта 3 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подпункт "с" пункта 3 статьи 6), в соответствии с которыми каждый при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения вправе защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, он вправе быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда того требуют интересы правосудия, причем безвозмездно для него, когда у него нет достаточно средств для оплаты защитника.

Конституционный суд выразил свою позицию в Определение от 8 февраля 2007 г. № 255-О-П: «...реализация права пользоваться помощью адвоката (защитника) на той или иной стадии уголовного судопроизводства не может быть поставлена в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, т.е. от решения, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, предусматривающих обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве, в том числе по назначению».

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 марта 1996 г. № 8-П так же подчеркнута вышеизложенная позиция, более того, отмечено: «Кроме того, отмечено, что зависимость выбора обвиняемым адвоката от наличия у последнего допуска к государственной тайне противоречит также принципу состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, закрепленному в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации».

Так же не исследован и довод о нарушении статья 3 (запрещение пыток) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статье 9 УПК РФ. Действия Шакурова вызвали глубокие психические страд ания у Сафина, вызвало чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. Шакуров объявил о своем превосходстве, заявив, что он может лишить его законного права на защиту, нарушая закон, показывая свое превосходство. Кроме того, заявил, что посадит Сафина в тюрьму, если тот придет с выбранным им адвокатом, для красочности привел пример других мусульман, оказавшихся в тюрьме.

На основании вышеизложенного, в соответствии со ст. 378 УПК РФ

Прошу

1. изменить постановление Вахитовского районного суда города Казани от 30 июня 2008 года, признать действия следователя Шакурова Рустема Равилевича незаконными, а именно:

· попытку проведения допроса адвоката в качестве свидетеля по уголовному делу, в котором этот адвокат участвует в качестве защитника;
· отказ в допуске адвоката к защите подозреваемого Сафина Р.А.;

· отказ в выдаче адвокату Валиуллину Р.Р. письменного мотивированного отказа в доступе к защите подозреваемого Сафина Р.А.;

· угрозы следователя избрать меру пресечения в виде заключения под стражу Сафину Р.А., если Сафин Р.А. откажется участвовать в следственных действиях без избранного им адвоката.

2. Обязать виновных лиц устранить допущенные нарушения, которые можно устранить.

ПРИЛОЖЕНИЯ:

1. Детализация телефонных разговоров с мобильного телефона адвоката.

2. Детализация телефонных разговоров с домашнего телефона Сафина.

3. Копия статьи из «Российской газеты», где поднимается проблема допроса адвокатов следователями.

4. Копия статьи с интернет-ресурса «Кавказский узел», в которм описывается схожая ситуация, но суд признал незаконным допрос адвоката.