Жалоба в Европейский Суд. Не допустимо ограничение свободы мысли, совести и религии

EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Conseil de l’Europe — Council of Europe

Strasbourg, France — Страсбург, Франция

ЖАЛОБА

ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ

14.

1. Заявитель Шакиров Айрат, является мусульманином, проповедником — занимается преподаванием основ ислама, является активистом.

2. 14 апреля 2009 года Прокуратура Республики Татарстан вынесла предостережение № 27-15-09 в отношении заявителя о недопустимости осуществления экстремистской деятельности¹. Суть предостережения заключалась в следующем: течение в исламе Ахль ас-Сунна является радикальным течением в исламе, экстремистским, взгляды имеют салафистскую направленность, противоречащими для Татарстана исламу ханафитского толка, декларируемая цель течения — создание на территории Северного Кавказа, Поволжья и Центральной Азии исламского государства — халифата, в том числе с использованием силовых методов и средств террора; утверждается, что заявитель предпринимает меры по созданию организации «Ахлю ас-Сунна», экстремистской группы, и вовлечению сторонников, что может повлечь уголовную ответственность; утверждается, что заявитель проводил «сборы» сторонников «Ахлю ас-Сунна», читал лекции, противопоставлял салафистов и сторонников традиционного ислама, высказывал идеи вооруженной борьбы - «джихада», читал экстремистскую книгу; заявителем предпринимаются активные меры по налаживанию связей с последователями «Ахль ас-Сунна», действующими в других регионах Российской Федерации и иностранных государствах.

3. Источники вышеуказанной информации не указаны, но упоминалось, что данные получены в том числе и из сети Интернет.

4. 10 июля 2009 предостережение было обжаловано². Заявитель утверждал, что предостережение не основывается на фактах. Напротив, в России все мусульманское население является Ахль ас-Сунна (то есть сунниты, шииты являются таким меньшинством, их можно не брать в расчет), и заявитель не отрицал, что придерживается этого направления ислама. Соответственно и целей, которое течению приписывает прокуратура, ни течение в исламе, ни заявитель перед собой не ставит. Никаких организаций, как официально зарегистрированных, так и не зарегистрированных, создавать не намеревался. Не создавал и не пытался создать так же и никаких групп, тем более экстремистских. Заявитель действительно проводил уроки в мечетях (но не сборы), рассказывал людям об основах ислама (правилах чтения молитвы, вероубеждении, нравственности), но не более. Никого и никому не противопоставлял. О вооруженной борьбе не было и речи. Суду представлены распечатки из сети Интернет, подтверждающие доводы заявителя³.

5. Заявитель ссылался на нарушение предостережением его права на свободу совести, свободу вероисповедания. Неисполнение предостережения прокурора может повлечь привлечение к административной ответственности, а еще хуже повлечь возбуждение уголовного дела, как это упоминается в тексте предупреждения. Так же заявитель просил суд признать незаконным предостережение от 14 апреля 2009 года Прокуратуры Республики Татарстан.

6. В судебном заседании заявитель просил истребовать из Прокуратуры Республики Татарстан либо иных органов материалы, послужившие основанием для вынесения предостережения, мотивируя ходатайство конституционным правом на свободу получения информации и гражданско-процессуальным законодательством⁴. В просьбе было отказано.

7. 13 августа 2009 года судьей Вахитовского районного суда города Казани в удовлетворении жалобы отказано⁵. Суд полагает, у него не имеется оснований для осуществления контроля или вмешательство в деятельность УФСБ по РТ при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий.

8. 20 августа 2009 года⁶ и дополнительно 07 сентября 2009 года⁷ решение Вахитовского районного суда было обжаловано. Суть жалобы сводилась к тому, что судья Вахитовского районного суда лишил заявителя гарантированного права на судебное обжалование, кроме всего прочего не разъяснив, в какой суд жаловаться и в каком порядке.

9. Судебное заседание в Верховном суде было несколько раз, суд откладывал судебное заседание несколько раз, предлагая прокуратуре принести документы, обосновывающие обжалуемое предостережение. Прокуратура возражала, обосновала свои возражения определением Верховного Суда РФ, в котором отмечалось, что органы, осуществляющие ОРД, могут не разглашать оперативную информацию. Данное определение заявителем не найдено. Заявитель возражал тем, что при вынесении предостережения были использованы источники из сети Интернет, и полагал необходимым представить суду хотя бы их. Заявитель уже представил суду материалы из сети Интернет, оправдывающие его.

10. 23 ноября 2009 года Верховный суд Республики Татарстан решение Вахитовского суда оставил без изменения⁸. Данного решения у заявителя не имеется, по утверждению работников канцелярии Вахитовского суда, они не могут его найти.

11. 10 марта 2010 года заявитель был избран имамом-хатыйбом местной религиозной мусульманской организации — приход мечети «Ихсан» Казанского Мухтасибата Духовного Управления Мусульман Республики Татарстан⁹ (данная организация создана 05 мая 2009 года).

     

ИМЕВШЕЕ МЕСТО НАРУШЕНИЕ КОНВЕНЦИИ

 

15.

ВНУТРЕННЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИИ

КОДЕКС ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ НАРУШЕНИЯХ РОССИИ

Статья 17.7. Невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении

Умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом, а равно законных требований следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении, -

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до одной тысячи пятисот рублей; на должностных лиц - от двух тысяч до трех тысяч рублей.

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИИ

Статья 282.1. Организация экстремистского сообщества

1. Создание экстремистского сообщества, то есть организованной группы лиц для подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности, а равно руководство таким экстремистским сообществом, его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями, а также создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности -

наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до четырех лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

2. Участие в экстремистском сообществе -

наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового и с ограничением свободы на срок до одного года.

Считаю, что вынесением предостережения осуществлено вмешательство в следующие права заявителя, предусмотренные Конвенцией о защите прав человека и основных свобод:

• Статьей 9, согласно которой «Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в богослужении, обучении, отправлении религиозных и культовых обрядов»;

• Статьей 10, согласно которой «Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ»;

• Статьей 11, согласно которой «Каждый имеет право на свободу мирных собраний и на свободу объединения с другими...».

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции, «осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Конвенции не допустимо ограничение свободы мысли, совести и религии даже в интересах национальной безопасности и сохранения территориальной целостности.

Считаю, что в нашем случае статья 9 Конвенции должна также рассматриваться в свете статьи 10 и 11. Одна из целей защиты мнений и свободы выражать их, права на свободу собраний - свобода совести.

Согласно предостережения прокуратуры, заявителю было вынесено предостережение за его идеи, по мнению прокуратуры, не подходившие под стандарты «традиционного ислама» Татарстана (пункт 2 раздела «Изложение фактов» настоящей жалобы). Неправомерные поступки, указанные в предостережении, были в логической взаимосвязи с идеями, которые порицала прокуратура, но не представила доказательств их незаконности.

Европейский суд по правам человека в нескольких своих решениях установил фундаментальные принципы, касающиеся статьи 10 Конвенции:

а) свобода выражения мнения представляет собой одно из существенных оснований демократического общества и одно из базовых условий прогресса общества и самореализации каждого индивидуума. Это утверждение, в смысле п. 1 ст. 10 Конвенции, относится не только к «информации» и «идеям», которые благозвучны и безобидны, но также и к тем, которые оскорбляют, шокируют или тревожат. Таковы требования плюрализма, толерантности и широты взглядов, без которых «демократическое общество» не может считаться таковым. Как указано в статье 10, эта свобода имеет исключения, которые, однако, должны быть четко установлены, а необходимость в каких бы то ни было ограничениях должна быть убедительно обоснована (см., например, решения Суда Handyside v. the United Kingdom, от 7 декабря 1976 г., стр. 23, § 49; Lingens v. Austria, от 8 июля 1986 г., стр. 26, § 41; и Jersild v. Denmark, от 23 сентября 1994 г., стр. 26, § 37, Fressoz and Roire v. France ([GC], no. 29183/95, § 45, ECHR 1999-I);

б) слово «необходимы» в п. 2 ст. 10 Конвенции предполагает существование «неотложной общественной потребности». Государство имеет определенные пределы оценки, существует ли такая потребность, однако, эта оценка тесно связана с европейским надзором за соблюдением прав и свобод, который включает и законодательство, и основанные на нем решения, в том числе принимаемые независимым судом. Европейский суд по правам человека, таким образом, наделен полномочиями давать окончательную трактовку того, было ли «ограничение» совместимо со свободой выражения, защищаемой статьей 10 (см., например, решение Lingens v. Austria, от 8 июля 1986 г., стр. 25, § 39);

в) выполняя свои надзорные полномочия, Европейский суд по правам человека обязан оценить поставленное под сомнение вмешательство в свободу выражения в свете всего дела целиком, включая содержание вмененных в вину заявителю высказываний и контекст, в котором он их сделал. В особенности, Суд обязан определить, пропорционально ли было вмешательство «преследуемым законным целям», а представленные официальными властями правовое обоснование причин вмешательства «относимыми и достаточными» (см. решение Lingens v. Austria, от 8 июля 1986 г., стр. 25-26, § 40, и решение the Barfod v. Denmark от 22 февраля 1989 г., стр. 12, § 28). Делая такую оценку, Суд должен убедиться, что официальные власти применили стандарты, соответствующие принципам, воплощенным в статье 10 и, более того, что сами власти базировались на адекватной оценке обстоятельств дела (см. решение Jersild v. Denmark, от 23 сентября 1994 г, стр. 26, § 31).

Соответственно, национальный суд должен был исследовать все обстоятельства, относящиеся к делу, и привести существенные причины возможности наказания за идеи, принять во внимание все факторы, описанные в решениях ЕСПЧ. Если суд не сделает это (как в нашем случае), то это уже само по себе будет являться нарушением статьи 9 Конвенции.

Следовательно, можно сказать, что попытка прекратить деятельность заявителя не была оправдана «настоятельной общественной необходимостью» и прокуратура не выдвинула доводов в оправдание вмешательства, таких как наличие в действиях и высказываниях заявителя языка ненависти и прославления насилия. Нигде не приведено, какие именно действия и высказывания вызвали сомнение в их соответствии нормам демократического общества.

Необходимо учитывать, что на территории Республики Татарстан на протяжении последних десяти лет не зарегистрировано ни одно конфликта на почве межэтнических либо межконфессиональных отношений, а равно между социальными группами населения. Более того, руководство республики неоднократно демонстрировала Татарстан в качестве образца и примера межконфессионального и межэтнического мира и согласия Президент Татарстана М.Шаймиев в своих публичных выступлениях постоянно подчеркивает, что многообразие представителей народов разных национальностей и религиозных конфессий, проживающих на территории Республики Татарстан является ее богатством и уникальностью.

Заявитель является проповедником религии, и действия властей привели к неопределенности его положения, неясности, какие именно действия повлекут привлечение его к ответственности, следовательно, к неоправданному ограничению его деловой активности. Заявителю не было представлено возможности оправдаться за свои действия, так как прокуратура засекретила, какие именно действия, по ее мнению, повлекут привлечение заявителя к ответственности.

Считаю, что нарушена часть 1 статьи 6 Конвенции Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела.

Право на справедливое судебное разбирательство нарушено следующими действиями ответчика:

1. Копия кассационного определения до настоящего времени заявителю не вручена, попытки получить его самостоятельно оказались безрезультатны (пункт 10 раздела «Изложение фактов» настоящей жалобы).

2. По всему видно, что суд вынес свое решение, не изучив материалы дела, послужившие основанием для вынесения предостережения. Суд удовлетворился доводами прокуратуры, что данные материалы представляют государственную тайну. Суд не удовлетворился даже замечаниями заявителя, что материалы, послужившие основанием для вынесения предостережения, согласно текста предостережения, получены из сети Интернет и не могут быть государственной тайной (пункт 10 раздела «Изложение фактов» настоящей жалобы).

ИЗЛОЖЕНИЕ ПРЕДМЕТА ЖАЛОБЫ

 

19.

Заявитель добивается признания Европейским Судом нарушения норм Конвенции, в частности Статей 9, 10, 11, части 1 статьи 6.

19.2 В отношении Статьи 41 Конвенции Заявитель просит компенсацию морального вреда в размере 15000 (пятнадцать тысяч) евро.